Чемпион мира по боксу, общественный деятель и основатель фонда "Доступный спорт" Дмитрий Пирог сегодня почти всё время проводит в Краснодарском крае. Он завершает проекты, что начинал годами, — от "Чемпионов — детям" до земского тренера, помогает ветеранам специальной военной операции (СВО) возвращаться к обычной жизни через физическую активность и наставничество, занимается молодёжью. О том, как вытаскивать парней с СВО из изоляции, зачем казаку спортивная форма и как ему удаётся совмещать работу с семьёй, в которой растут четверо детей, экс-депутат Госдумы рассказал в беседе с KrasnodarMedia.
Пока хватает сил
— Дмитрий Юрьевич, вы ушли из Госдумы, но остались в политике и общественной жизни. Чем занимаетесь сейчас?
— Делаю то же самое, только больше и ответственнее. Значительная часть деятельности идёт в Краснодарском крае, наработки нужно завершать. Политическая и общественная жизнь началась ещё до депутатства. С 2012 года я стал доверенным лицом президента Владимира Путина. В 2014-м создал фонд "Доступный спорт", на его основе сразу появился проект "Чемпионы — детям". Подключаем чемпионов мира, Олимпийских игр и так далее. Встречи с молодёжью, студентами, спортсменами — работа идёт. Ребята видят знаковых людей не по телевизору, а вживую — здорово!
Жизнь меняется. Появляются региональные проекты: "Чемпионы — детям Донбасса", "Чемпионы — кадетам", "Чемпионы казачьей молодёжи" — регион казачий, я сам из казачьей семьи. Дальше — "Земский тренер", проект, который я начинал ещё в Госдуме и шёл пилотным у нас в Краснодарском крае. Спорт на селе — отдельная рабочая группа, потому что в сельской местности занятости должно быть больше. Открываю школы бокса абсолютно бесплатно прямо в средних учебных заведениях. И это лишь часть.
— И как во всё это вписалась Ассоциация ветеранов СВО Краснодарского края?
— Да, сейчас добавилась Ассоциация ветеранов СВО, где я председатель Совета по спорту. В неё входят и обычные, и адаптивные занятия для ребят и их семей, включая детей. Уже не сошлёшься на то, что ты в Москве или в перелётах. Приходится максимально укладываться. Жена даже сказала: "Такое ощущение, что ты, когда в Краснодарский край перебрался, стал меньше виден, чем когда летал туда-обратно".
— Вам 46 лет, для политики возраст молодой, а за плечами больше 12 лет труда на высоком уровне — возьмёте паузу или продолжите?
— Опыт колоссальный. Учитывая мой склад характера, когда я дополнительно занимаюсь самообразованием, мне интересны ветви власти, то, как работает система. Я находился в высшем законодательном органе, но вёл деятельность в регионе с исполнительной властью, с непрофильными министрами и вице-губернаторами — не только здесь, но и в других регионах.
Изучил вопрос и внутренне чувствую, понимаю и знаю, что и как нужно сделать для достижения результата. Сюда накладывается возраст — самый дееспособный. Сидеть сложа руки не буду, сто процентов. Работы много, но она политическая и общественная.
Пока чувствую, что необходимо завершить начатые проекты. Они длительные, большие. Я сам себя спрашиваю: "А смогу ли? Справлюсь ли?" Много было целей, которые после чемпионства казались пределом, а потом понял, что есть задачи крайне сложные, и они не связаны со спортом. Например, делегировать полномочия — для меня сложное решение. Или заходить в долгосрочные проекты, не на полгода или год, а на пять-шесть-восемь лет. Хватит ли не воли, в своей воле я не сомневаюсь, а фокуса, чтобы так же выкладываться по прошествии лет? Сейчас как раз тот момент, когда фокус не пропадёт. Почувствовал внутренний стержень, и хочется ещё сильнее — как вызов.
Подходя к любой задаче, начинаешь смотреть, как сделать так, чтобы был максимальный эффект и охват. Сотрудничаем вместе с Ассоциацией — нужно отдать должное руководителю Ассоциации ветеранов СВО Краснодарского края, герою России Евгению Мосейко, руководителям по районам и многим другим парням. Сейчас охвачены не все 44 района края, но больше половины — 34. Работа трудоёмкая, идёт каждый день.
Что лечит душу?
— Какую роль играют районные руководители и как строится система реабилитации и ресоциализации вернувшихся из зоны боевых действий?
— Руководители местного отделения — ребята, вернувшиеся с СВО. Это не их профессия, но они неравнодушные и их очень много. Кто-то не пришёл в себя после смены обстановки, а кто-то считает изоляцию лучшим времяпрепровождением, по психологическим, бытовым причинам, неважно каким. До каждого нужно попытаться достучаться. Руководитель местного отделения Ассоциации знает атмосферу в районе, понимает, что происходит, и с каждым пытается поговорить.
Мы открываем центры, налаживаем связь с властью, решаем бытовые вопросы на уровне районов. Не всё получается, но из десяти встреч и бесед одного-двух, если удаётся вытянуть, — уже результат.
Но просто вытянуть невозможно — нужно удержать, не дать снова замкнуться. Дальше включается система, выдёргивающая их из среды, в которой они находятся. Для реабилитации и ресоциализации прежде всего нужно, чтобы ушла замкнутость. Здесь важно всё делать мягко. Спорт — самый лучший инструмент, на мой взгляд. Детей устраиваем бесплатно — глядя на них, подключаются и взрослые, приходят целыми семьями. Включаем в группы к таким же вернувшимся побратимам — они прошли не меньше, но на гражданке у них загорелись глаза, и они занимаются физкультурой.
Мы организуем работу с Ассоциацией и с фондом, я как председатель Совета по адаптивному спорту. Подключаем партнёров, например, Университет физической культуры и спорта, предоставляем тренеров, закупаем инвентарь и так далее. Ребята принимают участие в соревнованиях, играют в хоккей, в волейбол сидя, неважно. Они смотрят и начинают включаться.
С ребятами в тяжёлом состоянии — отдельные тренировки: они могут заниматься не на виду, индивидуально, но при этом в кругу своих побратимов, и тренер успевает поговорить с каждым. Потихоньку они шаг за шагом выходят из этого состояния. Центральная нервная система устроена так, что начинает получаться там, где ты никогда не занимался. Появляется желание соревноваться, пусть даже дворового уровня, между районами. Они приезжают, выступают, общаются. Вот так и начинается социализация и восстановление. Я рассказал пример через физическую активность, а таких примеров много.
— Есть идея перепрофилировать парней с СВО в школьных учителей с учётом спортивной составляющей...
— Да, есть. Это ложится на наработки по земскому тренеру. По сути, та же работа по независимой оценке квалификации, которую президент России поставил задачу развивать ещё с 2016 года. Есть законопроект ещё с прошлого десятилетия, что нужно привлекать людей, и необязательно иметь высшее образование. Главное — подтвердить профпригодность. Работодатель, и соискатель должны понимать, что если сотрудник соответствует стандартам, он может включаться в процесс.
— А чем независимая оценка квалификации лучше обычного вуза? И не снижает ли она планку?
— Земский тренер — готовый специалист высокого уровня, а здесь парни только пришли в новое дело. Большинство сидят дома, живут в небольших посёлках и знают, что там таких много. Практика у большинства есть: занимались спортом в молодости, имеют разряды. Остаётся теоретическая часть, которую нужно завершить. На вуз уходит около пяти лет, а независимая оценка квалификации подтверждает профпригодность к работе с детьми ещё во время заочной учёбы.
Крайне важно, чтобы благополучие и качество образования с детьми были на высшем уровне.Нельзя отделять желание от требований: если человек хочет работать с детьми — это хорошо, но одного желания мало, он всё равно должен соответствовать стандартам. А соответствовать им, при желании можно в кратчайшие сроки.
Со временем те, кто стремится к росту, а таких восемь из десяти прошедших независимую оценку, начинают заочно учиться в профильных вузах. Так процесс ускоряется, чтобы человек не остыл в желании заниматься с детьми.
Образование — прежде всего воспитание. А кто, если не эти ребята, прошедшие непростую жизнь, должны заниматься воспитанием? У них правильное восприятие мира, ответственность, внутренний долг. Дотянув образовательную часть, они могут вести занятия и воспитывать — своим присутствием закладывать важное непроизвольно.
— Что вы имеете в виду под профпригодностью?
— Стандарты должны соответствовать не только образовательные: чтобы попасть в систему школьного образования, нужны и знания, и психологическая, педагогическая подготовка, и навыки. Парни, неважно, после СВО или нет, должны влиться в коллектив.
Есть положительные примеры. Пришёл к нам парень с ампутацией, а сегодня уже он вместе со мной возглавляет целую программу. Приходил просто поддержать, но видно было, что он переживает не только за себя, но и за ребят-побратимов. Посмотрели на его активность, дали воглавить адаптивное направление в Совете при Ассоциации. Так он и включился в рабочий процесс.
Есть ещё один парень, тоже с ампутацией, но уже ведёт военно-патриотический клуб для молодёжи. Другой ведёт адаптивное направление по теннису.
Семья для мужчины — главный проект
— Дмитрий Юрьевич, вы заместитель атамана по молодёжи и патриотическому воспитанию. Казачество для вас — форма или содержание?
— Казачество — это не просто фасадная история или атрибуты. Подобные институты существуют по всему миру, выполняя важную функцию соединения времен и поколений. Однако СВО показала суть: казаки — не картинка, а люди, ответственно относящиеся к своей земле, готовые к оружию и находящиеся на передовой. Краснодарский край имеет наибольшее число казаков на передовой. Они также патрулируют города и занимаются с подрастающим поколением.
У меня самого казачьи корни и семейное воспитание, я выходил в казачьей форме на телевизионные бои, а работу с юношами и мастер-классы строю на их традициях: проводил мастер-классы, формировал команды, уделял внимание ребятам из разных видов спорта. Они слышат меня, я вижу отклик. Поэтому я стал заместителем атамана по молодежи и патриотическому воспитанию.
— Какой образ вы хотите у них сформировать?
— Образ непроизвольно молодого казака, который хорошо учится, стройный, подтянутый, физкультурой занимается, добивается результата, лидер среди сверстников. Потом осваивает профессию, работает и самое главное — достойный человек общества. Такие постулаты, основы переходят непроизвольно — в силу традиций воспитания. Прежде всего ответственное отношение к своей малой родине. На её основе формируется восприятие большой родины. Готовность всегда быть на защите интересов страны, и быть достойным человеком быть у себя дома.
— Кстати, о доме.... Вы нужны казакам, парням-бойцам, подростающему поколению, спортсменам, где-то чиновникам. А как же семья? Не боитесь, что пока вы всем этим занимаетесь 24 часа в сутки, дети растут без папы?
Последние десять лет моя жизнь была связана с постоянными командировками. У меня четверо детей: два сына и две дочери. Раньше старшие дети спокойно относились к моим отъездам и возвращениям, ведь дома я всегда находил время для сказок и укладывания спать.
Но теперь они уже осознают моё отсутствие и говорят: "Папа, нам тебя не хватает". Я воспринимаю это как некий знак свыше, как предопределённость.
Возможно, мне даётся возможность уделить им больше внимания в течение какого-то периода — год-два, а может, и дольше.
Я трудоголик и не смогу отойти от дел даже после завершения карьеры — это моя внутренняя потребность. Наш образ жизни не позволяет сидеть без дела. Моё присутствие — уже воспитание для сыновей. Жена ссылается на меня, и дети успокаиваются. Самому младшему полгода.
У любого мужчины будет много проектов в жизни, но самый крутой, самый сложный и длительный проект — семья. Здесь вносишь свою лепту и получаешь удовольствие. Каждый ребёнок по-разному, и в силу возраста, и в силу того, что дети разные. Я воспитываю их своим примером. Времени на них, конечно, не хватает, но такова жизнь.
— Чего вы хотите в ближайшие годы и какие ставите перед собой цели?
— Завершить начатые проекты и увидеть реальный результат. Это касается как общенациональных инициатив, например "Земского тренера", так и региональных проектов фонда "Чемпионы — детям". Хочется доказать себе: работать над проектами долгосрочно, сохраняя фокус и видя конечный итог, — по силам. Как человек, ориентированный на государственные интересы, готов браться за новые задачи, но только там, где есть польза и ожидаемый эффект.
Я не берусь за то, в чём не разбираюсь и где моя отдача будет минимальной. Моя цель — глубоко погружаться в проблематику и добиваться конкретных результатов.
Ранее Евгений Мосейко и Дмитрий Пирог вошли в отраслевую комиссию Минспорта.
Ветераны СВО осваивают волейбол сидя, следж-хоккей и адаптивный бокс на Кубани
