В ФРГ подошёл к концу подзатянувшийся политический кризис. Социал-демократы, "Зеленые" и Свободные демократы Германии спустя почти два месяца после выборов договорились о составе нового правительства. Новым канцлером ФРГ станет министр финансов в правительстве Ангелы Меркель социал-демократ Олаф Шольц, а лидер "Зеленых" Анналена Бербок — новым министром иностранных дел. Она известно резким критическим отношением к РФ и к идее строительства "Северного потока-2". Поэтому создание новой коалиции ставит вопрос о перспективах сотрудничества. Своим мнением по этому поводу специально для ИА KrasnodarMedia поделился экономист Роман Иноземцев.
"Как показывает накрывший Германию и Европу энергетический кризис, сейчас остро стоит проблема доступа к сырью — энергетическому и промышленному. Точно также, как и в 19 веке, Германия критически зависит от поставок из России. Но если тогда это было наше зерно, то сегодня наши полезные ископаемые — нефть, газ и уголь, которые Россия стремится продать максимально дорого, ставя немецкую экономику в уязвимое положение.
В свою очередь, Россия для Германии — рынок сбыта своей продукции, прежде всего, машиностроения, которое с каждым годом все сильнее локализируется в России и Кубань здесь — один из лидеров по локализации производства немецкими компаниями. К сожалению, в части добычи полезных ископаемых трюк с локализацией не получается и в перспективе этот тренд приводит к перекосу в торговом балансе и зависимости Германии от России, той самой зависимости, о которой не раз говорила сопредседатель "Зеленых" и новый министр иностранных дел ФРГ Анналена Бербок.
В части экономического принуждения Германия пытается использовать санкции. Однако их применение с каждым разом теряет свою эффективность. Яркий пример — ситуация вокруг "Северного потока — 2", немецкий этап строительства которого затянулся сверх меры.
По замыслу немецких властей, откладывание запуска нового газопровода должно было ударить по России и "Газпрому", монополисту в экспорте трубопроводного газа. Но что получилось в итоге? В итоге на газовых биржах возникла атмосфера страха, взвинтившая цены на газ до фантастических значений. Фактически, не работая "Северный поток-2" окупается быстрее, чем работая.
Ситуация с газом вызвала кризис в производстве удобрений в ЕС, что в сочетании с экспортными квотами, введенными в России, может привести к слабому урожаю зерновых в Европе в следующем году. Для российских и, особенно, кубанских аграриев, это может сулить сверхприбыли при экспорте зерна. Причем, не только в Европу.
Параллельно Германия активизирует уже давно начатое движение к переходу на возобновляемую энергетику — об этом уже объявил новый министр экономики, второй сопредседатель "Зеленых" Роберт Хабек. По его мысли, развитие солнечных панелей и ветряков должно снизить зависимость от российского газа и российского угля.
При этом г-на Хабека не смущает то, что сей амбициозный план потребует существенных вложений, деньги на которые придется изымать из карманов граждан и бизнеса через повышение налогов и через инвестиционную составляющую в счетах за свет. Еще в 2020 году, когда цены на энергоносители были относительно низкими, цена электричества в ФРГ была втрое выше, чем в России. И это обстоятельство будет подталкивать немецкие предприятия переносить производство сюда.
Для перевода экономики на возобновляемую энергию потребуется строительство ветряков и солнечных панелей. А это обойдется в сотни миллиардов евро и будет сопряжено с зависимостью от поставок ряда металлов, цепочки производства которых в определенный момент сходятся в Китае или в России.
Таким образом, стремясь избавиться от зависимости от российского газа, Германия попадает в зависимость от китайских и российских металлов. Но, даже достигнув своей цели, и переведя свою энергетику на возобновляемые источники, ФРГ останется уязвимой. Принципиально прерывистую генерацию придется как-то балансировать и как бы не старалось новое немецкое правительство, потратив огромные деньги, разорив страну непомерными налогами, попав в зависимость от поставщиков металлов, немцы продолжат покупать российский газ, российский уголь и российскую нефть.
Столь уязвимое положение будет иметь серьезные политические последствия и вскоре приведет к смене лидера Европейского Союза — им станет Франция, обладающая собственной энергетикой (в основном, атомной), обеспеченной сырьем промышленностью, у которой сильная армия, постоянно выполняющая боевые задачи, которые ей ставит не Вашингтон, а Париж.
Смена европейского лидера больно ударит по немецким предприятиям. Оставшись без политической поддержки, они станут проигрывать конкуренцию французским компаниям за доступ к стратегически важным ресурсам и рынкам сбыта. При этом, французская промышленность будет пользоваться дешевой электроэнергией, что позволит французским товарам уверенно конкурировать по цене с немецкими.
Для немецкого бизнеса Россия — крупный рынок сбыта своей продукции и объект прямых инвестиций. Ничего из этого германским компаниям не хочется терять. Особенно в свете дешевого рубля и дешевого сырья, делающих производство в РФ более выгодным, чем производство в Германии.
Немецкий бизнес — явный интересант прагматизма в российско-германских отношениях, способный влиять на политику, спонсируя те или иные политические силы. Однако проблема в том, что деньги в политике не всегда трансформируются в нужный результат и у владельцев компаний весьма ограниченные возможности влияния на политиков. Поэтому не стоит переоценивать лоббистский потенциал немецкого бизнеса, которому вскоре предстоит выбирать между симпатиями властей РФ и ФРГ.
Чтобы сохранить лояльность новых германских властей, ряду ведущих в России бизнес предприятий придётся финансировать прогерманских политиков и общественные организации России, ставя под угрозу свою дальнейшую работу в стране (из-за возможного нарушения законодательства РФ) .Либо немецкому бизнесу придется делать основную ставку именно на Россию и переносить в нее основную часть своего бизнеса. Данный процесс будет разворачиваться по мере того, как немецкая экономика начнет проигрывать конкуренцию французской, а немецким компаниям придется мигрировать в юрисдикции с более благоприятной средой и, желательно, крупным рынком сбыта. Ближайшей к Германии подобной юрисдикцией является Россия.
Поэтому в ближайшие годы российско-германские отношения начнут все сильнее напоминать российско-американские. Пока же противостояние развивается не в пользу немецкой стороны, что отчетливо видно по возрастающей ее антироссийской риторике, в которой все больше эмоций.
Тем не менее, для немецкого бизнеса победа в этом противостоянии России откроет значительные перспективы. Тем, кто сделает ставку, минимум, на прагматизм, а максимум, на Россию, это сулит, как доступ на наш рынок сбыта, так и базу для производства, нацеленного на экспорт. Производитель сельхозтехники Claas, имеющий подразделение на Кубани, например, уже вывод сделал и вкладывает дополнительные средства в углубление локализации, а также расширяет мощности для производства продукции на экспорт".
